Шарафутди́н (Шарафуддин, Шарафетдин) (араб.) — значение мужского мусульманского имени

величие Религии.

Нумерология имени

Число Души: 5.
Число имени 5 означает независимость и свободу. «Пятерки» редко прислушиваются к советам со стороны, они привыкли доверять себе и опираться на свой собственный опыт. Они склонны попробовать практически, нежели обдумать.

«Пятерки» любят путешествия и приключения, сидеть на месте не в их характере! Они – авантюристы и игроки, жажда риска и азарт сопутствуют им на всем протяжении жизни. Их родная стихия — торг, в любых торговых делах мало кто может сравнится с «пятерками».

Не стоит забывать, что «пятерки» всеми силами уходят от ответственности.

Неисправимые энтузиасты, универсальны и легко адаптируются. Обожают путешествовать и наслаждаться новыми впечатлениями.

Число Судьбы: 4.

У обладателей этого числа большой управленческий потенциал. Они способны брать на себя большую ответственность. Их семейная жизнь может быть не такой гладкой, как хотелось бы, из за этого они могут быть беспокойными и нетерпеливыми.

Число Личности: 8.

Представители этого числа выглядят сильными, мужественными и уверенными. Они стремятся достичь более высоких целей. Другие видят в обладателях этого числа людей с предпринимательской жилкой. С другой стороны, они эгоцентричны и можете быть безжалостными.

Знаки

Планета: Венера.
Стихия: Воздух и вода, тепло-влажность.
Зодиак: Телец, Весы.
Цвет: Зеленый, желто-синий, розовый.
День: Пятница.
Минерал: Аквамарин, берилл, изумруд, хризолит, сапфир, сердолик.
Металл: Бронза, медь.
Растения: Барвинок, мелисса лекарственная, незабудка, венерин башмачок, нехищные орхидеи, ирис, цветная капуста.

  • Звери: Бык, кошка, кролик, тюлень, лань, голубь
  • Считается, что буквы, из которых состоит имя ребенка, обладают определенным смыслом.

Имя Шарафутдин интерпретируется как:

Ш — внимательность к жизни, способность по малейшему намеку, шепоту, шороху оценивать ситуацию. Скромность и умение устраивать свои дела по-тихому. Развитое чувство юмора.

А — символ начала и желание что-то начать и осуществить, жажда физического и духовного комфорта
Р — способность не обманываться видимостью, а вникать в существо; самоуверенность, стремление действовать, храбрость. Увлекаясь, человек способен на глупый риск и иногда слишком догматичен в своих суждениях.

А — символ начала и желание что-то начать и осуществить, жажда физического и духовного комфорта
Ф — потребность блистать, быть центром внимания, дружелюбие, оригинальность идей, на первый взгляд сумбурных, но содержащих весьма ценное зерно истины. Удовольствие делать людей счастливыми.

Внутренняя противоречивость воззрения — причудливая каша всех философских систем. Способность приврать, пустить в дело якобы необходимую ложь с самыми лучшими намерениями.
У — активное воображение, великодушный сопереживающий человек, филантроп. Стремится подняться на высший духовный уровень.

Одновременно напоминание владельцу не строить утопических планов и помнить, что не всякую правду можно оглашать на каждом перекрестке: в жизни существует непроизносимое!
Т — интуитивная, чувствительная, творческая личность, искатель правды, не всегда соразмеряющий желания и возможности.

Символ креста — напоминание владельцу, что жизнь не бесконечна и не следует откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня, — действовать, используя каждую минуту эффективно.
Д — размышление, обдумывание перед началом дела, ориентация на семью, готовность помочь, иногда капризность. Часто — способности экстрасенса.

И — тонкая духовность, чувствительность, доброта, миролюбие. Внешне человек показывает практичность как ширму для сокрытия романтической мягкой натуры.
Н — знак протеста, внутренняя сила не принимать все подряд, без разбора, острый критический ум, интерес к здоровью. Усердный работник, но не переносит «мартышкиного труда».

Смотрите так же:

Воспоминания мурида о шейхе шарапуддине кикунинском — современные проблемы науки и образования (сетевое издание)

1

Гаджиева Л.А. 1

Ибрагимова З.Б.

2
1 Дагестанский государственный университет2 ФГБУН Институт истории, археологии и этнографии Дагестанского научного центра РАН
Статья посвящена воспоминаниям последователя накшбандийского шейха Шарапуддина Кикунинского – известного представителя дагестанской диаспоры в Турции, одного из идеологов переселенческого движения горцев конца XIX – начала ХХ в.

Данные воспоминания были изданы на турецком языке в виде небольшой брошюры под заглавием: «Єerafeddin Zeynelabidin Hazretleri ve Ali Usta» («Досточтимый Шейх Шерафеддин Зейнелабидин и Али Уста»). Составитель и автор предисловия и дополнений к тексту – Хасан Буркай, представитель суфийского ордена накшбандийа в Турции.

В представленной статье даётся общий обзор воспоминаний как ценного источника, повествующего о жизни и деятельности шейха Кикунинского в частности и о Северокавказской диаспоре в Турции периода конца XIX – начала XX в. в целом.

шейх Шарапуддин Кикунинский

1. Бобровников В. О.

«Малый Дагестан» под Стамбулом: северокавказские суфии и святые места в Турции // Turcica et Ottomanica: сб. в честь 70-летия М. С. Мейера. М., 2006. С. 150-163.
2. Ибрагимова З. Б. Дагестанские шейхи как идеологи переселения дагестанцев в страны Османской империи в конце XIX – начале XX вв. // Россия и арабский мир. Научные и культурные связи. Вып. 11.

Санкт-Петербург, 2011. С. 62-69.
3. Ибрагимова З. Б. Проблема мухаджирства в дагестанских памятниках эпистолярного жанра конца XIX – начале ХХ вв. // Вопросы истории. М., 2012. № 4. С. 152-156.
4. Магомеддадаев А.М. (составитель). Эмиграция дагестанцев в Османскую империю. Кн. I. Махачкала, 2000. – 436 с.
5. Муртазалиев А.М.

Писатели дагестанского зарубежья: Библиографический справочник. Махачкала, 2006. – 102 с.
6. Мусаева М. К., Магомеддадаев A. M., Курбанов М. Ю. Дагестанская диаспора в Турции (Историко-этнографические очерки). Махачкала, 1999. 232 с.
7. Центральный Государственный архив Республики Дагестан. Ф. 66. Оп. 5. Д. 34. Л. 61.
8.

Центральный Государственный архив Республики Дагестан. Ф. 66. Оп. 1. Д. 65. Л. 52.
9. Hasan Burkay // [Электронный ресурс]. URL: http://www.islamvetasavvuf.org/node/1429 (дата обращения: 10.05.2013).
10. Hasan Burkay. Єerafeddin Zeynelabidi Hazretleri ve Ali Usta. 49 с.

История дагестанского переселенческого движения (мухаджирства) в страны Османской империи конца XIX – начала XX в. является объектом изучения ряда отечественных и зарубежных исследователей. Проведена огромная работа по выявлению относящихся к данному вопросу архивных материалов, памятников эпистолярного жанра. Воспоминания мухаджиров (переселенцев) и их потомков, представленные на основе полевых материалов исследователей, на наш взгляд, заслуживает особого внимания. Такого рода записи широко представлены в работах, посвященных данному культурно-историческому явлению. В воспоминаниях отражено множество фактов и событий, представляющих в настоящее время значительный научно-познавательный интерес [3, с. 373-432].

Помимо подобного полевого материала существует целый ряд мемуарных произведений «на кавказскую историческую тематику», принадлежащих представителям кавказской диаспоры.

В качестве ценных исторических источников по истории переселенческого движения горцев, а также Кавказской войны в работах исследователей широко используются различные воспоминания известных представителей кавказской диаспоры в странах Ближнего и Среднего Востока.

Среди них воспоминания Мусы Кундухова (1818–1889 гг.), Ахмеда Мидхата (1844–1913 гг.), Хаджи-Мурада Амирова (1854–1917 гг.) [4, с. 29-37] и других. В библиографическом справочнике, посвященном писателям «дагестанского зарубежья», А. М.

Муртазалиевым представлен ряд авторов, также создавших произведения на основе своих воспоминаний, среди них: Хамза Осман Эркан (1898–1968 гг.) [4, с. 55-56], Магомед Шасаев (1916 г.) [4, с. 79–80], Муса Рамазан (1922–2004 гг.) [4, с. 84-85].

На наш взгляд, воспоминания современников об известных представителях кавказской диаспоры в странах Ближнего Востока заслуживают особого внимания.

Так как на основе данного материала исследователь имеет возможность помимо биографических сведений, получить также представления об их личностных качествах, т.е. представить своего рода «исторический портрет» глазами современника.

Однако необходимо учесть, что воспоминания, как никакой другой источник, субъективны. В них находят отражения особенности личностей повествователей, их видение происходящего и их жизненные позиции.

В нашем распоряжении находится небольшая брошюра на турецком языке «Єerafeddin Zeynelabidin Hazretleri ve Ali Usta» («Досточтимый Шейх Шерафеддин Зейнелабидин и Али Уста») *. Составитель и автор предисловия и дополнений к тексту – Хасан Буркай (1930–2005 гг.

), представитель суфийского ордена накшбандийа в Турции [8]. Данное издание представляет собой небольшой сборник воспоминаний дагестанского мухаджира (переселенца) Али Уста (Мастера Али) о своём духовном наставнике – шейхе Шарапуддине Кикунинском (1876–1936 гг.), уроженце с.

Кикуни (ныне Гергебильского р-на Республики Дагестан).

Шарапуддин Кикунинский известен как один из дагестанских суфийских шейхов, ратовавших за переселение дагестанцев в «страну единоверцев». Он и его дядя – Мухаммад-Хаджи Кикунинский (1835-36–1913 гг.

), ставший впоследствии не только его главным духовным наставником, но и тестем, представляются в архивных документах и исследовательских работах по данному вопросу как агитаторы и идеологи дагестанского переселенческого движения горцев в страны Османской империи конца XIX – начала XX в. [2, с. 62-69].

Читайте также:  Фару́х (Фарук) (араб.) - значение мужского мусульманского имени

В предисловии издания «Єerafeddin Zeynelabidin Hazretleri ve Ali Usta» Хасан Буркай поясняет: «Эта книга – квинтэссенция бесед (Али Уста с Шарапуддином Кикунинским – З. И., Л. Г.) в течение двадцати лет. Мы смогли записать на кассеты речь Али Уста и проделали большую работу для того, чтобы привести её в такой вид».

Здесь же описывается первая встреча Хасана Буркая с Али Уста в 1955 г. В следующей вводной части под заголовком «Кто такой Али Уста?» мы узнаем, что он родился в 1304 г. хиджры, т. е. 1886–87 г. европейского летоисчисления в дагестанском селении Хаджалмахи (ныне Левашинского района Республики Дагестан).

В пятнадцать лет он переселился в Турцию, «вслед за своей матерью, которая отправилась за своим устазом».

Конец XIX – начало XX в. согласно архивным материалам характеризуется увеличением объема нелегальной эмиграции в страны Османской империи среди жителей с. Хаджалмахи. В донесении начальника даргинского округа помощнику начальника Бакинского Губернского Жандармского управления от 10 мая 1900 г.

указывается: «…Беглецы принадлежат преимущественно к жителям с. Хаджалмахи, представляющим из себя гнездо таррикатчиков (тарикатистов. – З. И., Л. Г.), особенно усиливших свою деятельность с 1889 г., т.е. со времени высылки из края административным порядком одного из самых видных распространителей тариката, жителя с. Кикуны (с. Кикуни.

– З. И., Л. Г.) Гунибского округа Магомеда-Гаджияв оглы (Мухаммада-Хаджи Кикунинского. – З. И., Л. Г.), сосланного во внутренние губернии Империи и вскоре бежавшего из места ссылки в г. Медину…» [7, л. 52.]. В декабре 1912 г.

военный губернатор Дагестанской области предписывает начальнику Даргинского участка «обратить особое внимание на Хаджалмахи и зорко следить за местным населением», запретить жителям распродажу недвижимого имущества без разрешения начальства, установить контроль за желающими переселиться в Турцию, «чтобы они не были снабжены заграничными паспортами или же не приобретали их негласным путём», уволить старшину с. Хаджалмахи, «заменив его лицом толковым и преданным долгу службы» [6, л. 61].

Таким образом, с наибольшей вероятностью мы можем предположить, что мать Али Уста отправилась за шейхом Мухаммадом-Хаджи, учитывая также то, что они обосновались в поселении дагестанских мухаджиров Рашадийи (ныне с. Гюней-кёй), которое было основано Кикунинскими шейхами в конце XIX в. [1, с. 150-163; 5, с. 68].

В сборнике документов и материалов, посвященном эмиграции дагестанцев в Османскую империю, приводятся воспоминания дочери Али Уста – Халимат Сискир: «… Отца моего звали Али-уста. Он был мастером на все руки. Умер в 1980 году, ему было 107 лет. Бабушку звали Айшат, она из Ходжалмахи (с. Хаджалмахи.

– З. И., Л. Г.). Отец знал даргинский, аварский, турецкий языки» [3, с. 398]. На наш взгляд, сведения о возрасте Али Уста к моменту его кончины здесь немного преувеличены (согласно им он родился в 1873 г.). Мы склоняемся к тому, что дата рождения Али-Уста, указанная Хасаном Буркай, более точна.

Известно, что шейх Мухаммад-Хаджи Кикунинский эмигрировал из Дагестана приблизительно в 1894–96 гг.

и, основываясь на сведениях из «Єerafeddin Zeynelabidin Hazretleri ve Ali Usta», мы можем с наибольшей вероятностью допустить, что пятнадцатилетний Али Уста с матерью переселились в Турцию в 1901–1902 гг.

В отличие от своей матери, муридом (последователем) шейхов Кикунинских Али Уста стал гораздо позже. В своих воспоминаниях он рассказывает: «Я был человеком упрямым, блуждающим между верой и неверием. Хотя мы с шейхом Шерафеддином (Шарапуддином. – З. И., Л. Г.

) были соотечественниками, то есть, оба дагестанцами, я не сразу стал его приверженцем».

Рассказы Али Уста изобилуют повествованиями о чудотворствах шейха Шарапуддина, свидетелем которых был он сам, и которые представлялись ему доказательством неоспоримости шейхства Кикунинского.

Хотя, как становится ясно из его воспоминаний, порой он всё же впадал в сомнения, которые развеивались после очередного чудотворения шейха.

Описание чудотворств, как доказательств мистических способностей шейха Шарапуддина занимают большую часть воспоминаний Али Уста, что мы находим естественным, так как перед нами повествование мурида о своем шейхе.

И как уже выше указывалось, воспоминания, как никакой другой источник, субъективны, тем более, если они о духовном наставнике глубоко верующего человека. На наш взгляд, агиографический элемент – естественная составляющая воспоминаний мурида о шейхе.

Необходимо не упускать из внимания тот факт, что хотя агиограф и рассказывает о, казалось бы, фантастических событиях, но в повествовании они происходят с реальными людьми, а не с мистическими персонажами.

В вводной части воспоминаний Хасан Буркай сообщает: «Досточтимый устаз Шерафеддин дал мастеру Али такую благую весть: «После меня ты проживешь долго.

Будешь рассказывать людям о ярких событиях, которые ты перенес на духовном пути». Али Уста тесно общался с шейхом Шарапуддином довольно долгий период времени, еще при жизни шейха Мухаммада-Хаджи Кикунинского (т.

е. до 1913 г.) он выполнял поручения своих наставников.

Благодаря этим воспоминания мы имеем возможность получить сведения об окружении шейха Шарапуддина Кикунинского. Здесь упоминаются его секретарь – Ахмед (выходец из с. Хаджалмахи, известный из-за своего низкого роста, как Хитинав Ахмат (авар. яз.) – Маленький Ахмед), Муса Деде, Карим Уста, Нарим Уста.

Мы узнаём, что шейх Шарапуддин общался с различными представителями турецкой духовной интеллигенции. Среди них Кучук Хусейн Эфенди (в воспоминаниях он упоминается как духовный наставник маршала Февзи Чакмака (1876–1950 гг.), известного турецкого военачальника), проповедник Сервет (1880–1962 гг.).

Сервет Акдаг, как указывается в биобиблиографическом справочнике А. М. Муртазалиева «Писатели дагестанского зарубежья», родился в семье дагестанских мухаджиров, исполнял обязанности муэдзина и муфтия, принимал участие в заседании первого Великого Национального Собрания Турции (1920 г.

), был одним из организаторов общества «Зеленая армия» [4, см. 42]. Ему посвящены несколько глав воспоминаний Али Уста: «Кто такой Сервет?», «Устаз и шейх Сервет». В разделе «Вопросы, которые задал чужеземец губернатору Бурсы Халим паше» он выступает, как один из участников в дискурсе губернатора г.

Бурса Аббаса Халим Паши и некоего иностранца.

Известно, что шейхи Кикунинские вели переписку с оставшимися на родине своими духовными последователями, в которой отвечали на вопросы, касающиеся отправления суфийских обрядов, полномочий своих вакилей (заместителей), а также призывали к переселению в «страну единоверцев» [5, с. 31].

Об этом свидетельствует часть воспоминаний «Поездка Али Уста в Россию», в которой он рассказывает о своей поездке на родину: «Когда мне исполнилось 24 года, я поехал в Россию, Дагестан. До отъезда отправился в село, чтобы попрощаться с шейхом Шерафеддином (Шарапуддином. – З. И., Л. Г.). Он сказал, что напишет письмо и попросил, чтобы я пришел лично.

Шейх Шерафеддин сидел около великого шейха Мухаммеда Медени (шейх Мухаммад-Хаджи Кикунинский, его полное имя согласно мусульманской традиции – Мухаммад-Хаджи б. Усман ал–Кикуни ад–Дагистани ал–Мадани. – З. И., Л. Г.). Шейх Мухаммед Медени диктовал, шейх Шерафеддин писал.

Они писали довольно долго, потом шейх Шерафеддин предостерег меня о том, чтобы письмо не попало в руки русским. Так как я был башмачником, я спрятал письмо в обуви, сняв подошву…». Далее Али Уста рассказывает о встречи с адресатом письма – неким Хаджи-Насухом, представляемый в воспоминаниях, как девяностолетний дагестанский алим.

Повествователь цитирует отрывок письма шейха Мухаммада-Хаджи Кикунинского: «Исчезла благодать Пророка (с.а.с.) с российских земель. После этого никто не будет хозяином имущества. Вы не сможете больше покровительствовать своим семьям, женам. Когда вывесят на ваши ворота шапку, вы от страха не войдете в свои дома. Русские возьмут вас под свое господство».

Как далее сообщает Али Уста, Хаджи-Насух после прочтения письма заявил: «Я обязан распространить это письмо среди народа, чтобы русские не навредили, я сотру свое имя, чтобы не вычислили».

Действительно, количество дагестанских мухаджиров в Османской империи наряду с другими факторами увеличивалось за счёт эмигрировавших под воздействием подобных писем-воззваний шейхов суфийского братства накшбандийа, лиц на протяжении долгого времени имевших огромный авторитет среди верующих, а также ранее последовавших за ними их муридов.

В описываемый период письма, даже косвенно имевшие отношение к мухаджирству, являлись вещественными доказательствами при расследовании дел о «подстрекательстве» населения Дагестанской области к переселению в Османскую империю и распространении идей панисламизма [3, с. 150].

Из воспоминаний Али Уста мы узнаём, что на следующий день после встречи с Хаджи-Насухом он был арестован. Али Уста рассказывает: «На следующий день пришли русские, задержали меня и бросили в тюрьму. Знакомый директор школы стал моим поручителем, освободил меня из тюрьмы, привел к себе домой и сказал, что две ночи я буду его гостем.

Читайте также:  Тайфун (китайск.) - значение мужского мусульманского имени

Он стал моим поручителем, потому что я прибыл с известием от шейха Шерафеддина».

В своих воспоминаниях Али Уста уточнил, что ко времени поездки в Россию ему «исполнилось 24 года», исходя из того, что Али Уста родился в 1886–87 г., а дата смерти шейха Мухаммада-Хаджи Кикунинского, непосредственного адресанта письма, относится к 1913 г., мы можем предположить, что данные события вероятнее всего относятся к 1910–11 г.

В вышеуказанных воспоминаниях дочери Али Уста упоминается аналогичный эпизод: «Моего отца Али Уста в 1918 г. отправили с письмами-воззваниями переселиться в Турцию. Отправлял его шейх Шарапуддин, так как отец был его мюридом. В Дагестане моего отца арестовали большевики, но один дагестанец помог ему бежать из тюрьмы.

Отец добрался обратно в Турцию. В тот день, когда отец приехал, шейх Шарапудин почувствовал, что отец возвращается, вышел на околицу селения, чтобы встретить его» [3, с. 398].

Вероятнее всего, в воспоминания дочери «закралась неточность» относительно времени поездки отца на родину, которая и повлекла за собой другую неточность об аресте его «большевиками».

Несколько частей «Єerafeddin Zeynelabidin Hazretleri ve Ali Usta» посвящены повествованиям Шарапуддина Кикунинского о других дагестанских накшбандийских шейхах: Джамалуддине Казикумухском (1788 – 1869 гг.

) – «Джамалуддин Гумуки», «Значимость ценности супругов», «Рассказ об огне и молоке»; Абдурахмане Согратлинском (1792 – 1891 гг.) – «Ахмад Сугури».

Также в воспоминаниях передаются, прозвучавшие из уст шейха Кикунинского различные рассказы и предания, о суфийских шейхах, таких, как: ас-Сакати (ум. в 867 г.), Абдулкадире Гиляни (1077–1166 гг.), Абдулле Дехлеви (1745–1825 гг.), Мухаммеде Захид Котку (1897–1980 гг.) и др.

Некоторые части воспоминаний посвящены суфийским притчам, также прозвучавшим из уст шейха Шарапуддина, его рассуждениям об ахирате (потустороннем мире), голосах ангелов, космосе, предназначении суфийских шейхов и т.д.

На наш взгляд, воспоминания мурида шейха Кикунинского – Али Уста о своём духовном наставнике представляют для исследователей большой интерес, так как являются ценнейшим источником о жизни и деятельности шейха, в частности, и о дагестанской диаспоре в Турции периода конца XIX – начала XX в. в целом.

Рецензенты:

Алиев Багомед Гадаевич, доктор исторических наук, профессор, главный научный сотрудник Отдела древней и средневековой истории Дагестана ФГБУН Института истории, археологии, этнографии Дагестанского научного центра, г. Махачкала.

Закарияев Замир Шахбанович, доктор исторических наук, профессор кафедры арабской филологии факультета востоковедения Дагестанского государственного университета, г. Махачкала.

Библиографическая ссылка

Гаджиева Л.А., Ибрагимова З.Б. ВОСПОМИНАНИЯ МУРИДА О ШЕЙХЕ ШАРАПУДДИНЕ КИКУНИНСКОМ // Современные проблемы науки и образования. – 2013. – № 3. ;
URL: https://science-education.ru/ru/article/view?id=9312 (дата обращения: 26.01.2023).

Шарафуддин Селангора — Sharafuddin of Selangor

Султан Селангора

Султан Шарафуддин Идрис Шах аль-Хадж Ибни Альмархум Султан Салахуддин Абдул Азиз Шах аль-Хадж (родился 24 декабря 1945 г.) — девятый и нынешний султан из малазийских штат Селангор. Он взошел на трон 22 ноября 2001 года, сменив своего отца, султана Салахуддина Абдул Азиз Шах.

Содержание

  • 1 Ранние годы и образование
  • 2 Султан Селангора
  • 3 Роль
  • 4 Браки и дети
  • 5 Интересы
  • 6 Звания, стили и почести
    • 6.1 Воинские звания
    • 6.2 Почести
      • 6.2.1 Почести Селангора
      • 6.2.2 Почести Малайзии
      • 6.2.3 Иностранные награды
  • 7 Родословная
  • 8 Ссылки
  • 9 Внешние ссылки

Шарафуддин родился 24 декабря 1945 года в Истана Джемаа.

, Кланг, как первый сын Раджа Муда (наследного принца) Селангора, Тенгку Абдул Азиз Шаха и его первой жены Раджа Саидатул Ихсан бинти Тенгку Бадар Шаха (род. 1923 г.) –2011). При рождении его звали Тенгку Идрис Шах.

Его отцом был старший сын Хисамуддина из Селангора и Раджа Джемааха, который позже стал вторым Ян ди-Пертуан Агонг и Раджа Пермаисури Агонг Малайзии. Его мать была внуком Сулаймана из Селангора и Абдула Джалиля из Перака. Таким образом, его родители были двоюродными братьями.

Он получил начальное образование в Малайской начальной школе Куала-Лумпур, когда ему было девять лет. Затем он посещал St. Учреждение Джона с 1954 по 1959 год.

В 1960 году его отец стал султаном Селангора, приняв царственное имя султан Салахуддин Абдул Азиз Шах. В том же году Шарафуддин был провозглашен раджа-мудой Селангора в возрасте пятнадцати лет. Он был отправлен за границу для продолжения образования, посещая школу Хейла в Перте, Западная Австралия, с 1960 года, а затем колледж Лангерст в Суррей, Соединенное Королевство, из 1964.

После возвращения из Соединенного Королевства в 1968 году Шарафуддин присоединился к правительству в качестве государственного служащего и был прикреплен к секретариату штата Селангор под управлением Ментери Бесара Харун Идрис. Он служил в окружном управлении Куала-Лумпура и в полицейском управлении Куала-Лумпура.

В 1970 году он был официально назначен и принял присягу 8-м Раджа Муда Селангора на церемонии, состоявшейся в Истана Алам Шах, Кланг.

24 апреля 1999 года он был назначен регентом Селангора после того, как его отец стал одиннадцатым Ян ди-Пертуан Агонг.

султаном Селангора

22 ноября В 2001 году он был провозглашен султаном Селангора, сменив своего отца, который умер всего через два года как Ян ди-Пертуан Агонг. Он взял царское имя Шарафуддин (что означает «религиозное просвещение» на арабском ) и получил имя Султан Шарафуддин Идрис Шах.

Коронация

Его официальная коронация состоялась 8 марта 2003 г. в Истана Алам Шах, Кланг.

Мероприятие началось с инспекции Почетного Королевского караула, состоящего из 103 членов Королевский флот Малайзии Шарафуддина. Он вошел в Баларунг Сери (тронный зал) в сопровождении дворцовых офицеров. Он провел несколько ритуалов, в том числе целовал Коран и целовал королевские регалии, Керис Терапанг Габус, прежде чем был коронован муфтием Селангора.

На церемонии присутствовали члены королевской семьи Селангора, члены королевских семей монархий Малайзии и чиновники федерального правительства.

Присутствуют Тенгку Амир Шах, Тенгку Мустафа Камел Султан Махмуд из Теренггану, Тунку Накиюддин Тунку Джаафар из Негери Сембилан, Назрин Шах из Перака, Мухаммад V из Теренггану, Тунку Абдул Малик из Кедаха, Ибрагим Исмаил из Джохора и Абдулла из Паханга.

Также присутствуют исполняющий обязанности премьер-министра Абдулла Ахмад Бадави, который представлял Ян ди-Пертуан Агонг, Сираджуддин из Перлиса, регент Перлиса Туанку Сайед Файзуддин Путра Джамалуллаил и Пенгиран Муда Махкота Пенгиран Муда Бруней Хаджи аль-Мухтади Биллах ибни Султан Хассанал Болкиах.

Роль

Как султан, он, как известно, отозвал государственные награды предоставлено им или его отцом. В 2007 году он отозвал титул Датук у бизнесмена, признавшего себя виновным в финансовом мошенничестве.

Он также отстранил от должности других, которым в суде были предъявлены обвинения в совершении различных неправомерных действий или которым грозило банкротство.

В 2011 году он приостановил полномочия бывшего министра транспорта Чан Конг Чоя в связи с тем, что последний был обвинен в суде по скандалу в свободной зоне Порт-Кланг.

Всеобщие выборы 2008 года увидел радикальные политические изменения в Селангоре. Впервые Барисан Насиональ (BN) не получил контроль над государственной ассамблеей. Шарафуддин председательствовал на приведении к присяге первого не-BN Ментери Бесара из Селангора.

В мае 2009 года он перенес десятичасовую операцию на открытом сердце в Медицинском центре Стэнфордского университета. в Пало-Альто, Калифорния.

В начале 2011 года он оказался втянутым в кризис из-за назначения государственного секретаря, высокопоставленного государственного служащего штата.

Федеральное правительство назначило Мохда Хусрина Мунави на эту должность, с чем согласился Шарафуддин. Однако правительство штата под руководством Пакатан Ракьят выступило против этого назначения.

Правительство штата в конце концов уступило, и Хусрин приступил к своим обязанностям в феврале 2011 года.

Он был проректором в Технологическом университете MARA (UiTM) с года. С 2000 по 2005 год, и нынешний канцлер Universiti Putra Malaysia с 2002 года.

Читайте также:  Сайда́ш (татарск.) - значение мужского мусульманского имени

Браки и дети

Шарафуддин был женат трижды.

В 1968 году, будучи Тенгку Идрисом, он женился на Радже Зарине бинти Раджа Тан Шри Зайнале. Брак закончился разводом в 1986 году. У Шарафуддина и Раджи Зарины двое детей:

  • Тенгку Зерафина (1969 г.р.), в настоящее время предприниматель, проживающий в Лондоне. Она вышла замуж за Колина Салема Парбери 5 декабря 2004 года.
  • Тенгку Заташа (1973 г.р.), в настоящее время генеральный директор Light Cibles Malaysia и активист по защите окружающей среды. Она вышла замуж за Обри Рахима Меннессона (1972 г.р.), француза, в Большой мечети Парижа, Франция 10 ноября 2007 года. 28 февраля 2008 года в Истана Алам Шах, Кланг.

В 1988 году Тенгку Идрис женился на американке Нур Лизе Идрис бинти Абдуллах (урожденной Лизе Дави). Они развелись в 1997 году и имеют одного ребенка:

  • Тенгку Амир Шах (1990 г.р.), нынешний раджа Муда Селангора.

В августе 2016 года в качестве султана он женился на телеведущей Норашикин Абдул Рахман, ныне известной как Тенгку Пермайсури Норашикин.

Церемония торжественной церемонии была проведена муфтием Селангора Датук Мохд Тамьес Абд Вахидом в Масджид Истана Дираджа в Истана Алам Шах, Кланг, и ее засвидетельствовали заместитель муфтия Селангора доктор Анхар Опир, имам Мохд Расид Махфул, бывший заместитель муфтия Селангора Датук Омар Абдул Махфул. Член Исламского религиозного совета Датук Салехуддин Саидин.

Интересы

Шарафуддин известен своей предприимчивостью, он совершил кругосветное плавание и поднялся на гору. В 30 лет он поднялся на гору Кинабалу.

До того, как стать султаном, Шарафуддин был заядлым мореплавателем. В 1995 году он совершил кругосветное плавание на своей яхте SY Jugra. Путешествие длилось 22 месяца. Он продал яхту, прежде чем стать султаном. Международная регата Раджа Муда Селангора, главное ежегодное парусное событие, названа в его честь.

Он также принимал участие в ралли и автомобильных гонках на длинные дистанции. Он участвовал и завершил гонку «Пекин-Париж» 1997 года на своем автомобиле Ford Model B 1932 года выпуска. Он преодолел 16 000 км за 43 дня, завоевав серебряную медаль в категории старинных автомобилей. В 1986 году он проехал Proton Saga из Кота-Кинабалу в Кучинг, преодолев 1111 км за два дня.

Титулы, стили и награды

Полный стиль и титул Шарафуддина: Дули Ян Маха Мулиа Султан Шарафуддин Идрис Шах Альхадж ибни Альмархум Султан Салахуддин Абдул Азиз Шах Альхадж, султан дан Ян ди-Пертуан Селангор Дарул Эхсан Серта Сегала Даэра Таклукня Инспекция чести Шарафуддина Королевский флот Малайзии в 2019 году.

Малайзия

  • В марте 2001 года он получил почетную степень Universiti Teknologi MARA.
  • Он является пожизненным почетным президентом Футбольной ассоциации Селангор.
  • Он был награжден:

Наградами Селангора

  • Великого Магистра (с 21 ноября 2001 г.) и Первой степени (ДК I, 14 марта 1970 г.) Ордена Королевской Семьи Селангора.
  • Великий Магистр (с 21 ноября 2001 г.) и Великий Рыцарь-Командор (SPMS, 6 июня 1961 г.) Ордена Короны Селангора
  • Великий Магистр-основатель и Великий Сподвижник Рыцаря Ордена Султан Шарафуддин Идрис Шах (SSIS, с 14 декабря 2002 г.)
  • Великий магистр (SSSA, с 21 ноября 2001 г.)
  • Коронационная медаль султана Шарафуддина (8 марта 2003 г.)
  • Коронационная медаль султана Салахуддина ( 28 июня 1961 г.)
  • Султан Салахуддин Сильвер Юбилейная медаль (3 сентября 1985 г.)

Награды Малайзии

Иностранные почести

Родословная

Ссылки

Внешние ссылки

  • (на малайском) Официальная биография

Шарафутдин Идрис (i)

Родился 11 декабря (b) 1945 года (b) в Истана Джемах в городе Кланг (b) . Старший сын раджи Муда (наследного принца) Селангора (b) , султана Салахуддина Абдула Азиза Шаха (b) (1926—2001), и его первой жены, раджи Сайдатул Ихсан Тенгку Бадар Шах (1923—2011).

Его отец был старшим сыном султана Хисамуддина Алама Шаха (b) (1898—1960), 2-го короля (Янг ди-Пертуан Агонг (b) ) Малайзии (1 апреля — 1 сентября 1960). Его мать была внучкой султана Селангора (b) Алаеддина Сулейман Шаха и султана Перака (b) Абдул Джалил Шаха. Таким образом, его родители были кузенами (b) .

При рождении он получил имя — Тенгку Идрис Шах.

Он начал свое образование вв возрасте 9 лет малайском начальной школе в Куала-Лумпур (b) , затем учился в средней школе Сент-Джонс в Куала-Лумпуре (b) до 1959 года (b) .

В 1960 году (b) его отец Салахуддин Абдул Азиз Шах (b) стал султаном Селангора (b) , в том же году 15-летний Тенгку Идрис был объявлен наследным принцем (Раджа Муда) султаната Селангор (b) .

Он был послан за границу, чтобы продолжить свое образование.

С 1960 года (b) учился в школе Хале в Перте (b) (Австралия (b) ), с 1964 года (b)  — в колледже Лэнгхерст а графстве Суррей (b) (Великобритания (b) ).

После возвращения из Англии домой Тенгку Идрис поступил на государственную службу, работал в государственном секретариате Селангора (b) под управлением Ментери Бесара Харуна Идриса, затем работал в районном управлении полиции Куала-Лумпура (b) .

24 апреля (b) 1999 года (b) Тенгку Идрис был назначен регентом Селангора (b) своим отцом Шарафутдином Абдул Азиз Шахом, который был избран королем (Янг ди-Пертуан Агонг (b) ) Малайзии.

22 ноября (b) 2001 года (b) Тенгку Идрис был провозглашен новым султаном Селангора, сменив на престоле своего отца, который умер спустя всего два года. Он принял тронное имя Шарафуддин (по-арабски — «Религиозное просветление»), став Султаном Шарафутдином Идрис Шахом [1]. Его формальная коронация состоялась 9 марта (b) 2003 года (b) во дворце Истана Алам Шах (b) в городе Кланг.

В 2008 году (b) на всеобщих выборах в Малайзии произошли существенные политические перемены в Селангор. Впервые, Национальный фронт Малайзии не получил большинства в государственном законодательном собрании Селангора (b) . Султан Шарафуддин председательствовал во время присяги первого Ментери Бесара Селангора Халида Ибрагима, не члена Народного фронта.

В мае 2009 года (b) султан Шарафутдин перенес 10-часовую операцию на открытом сердце в медицинском центре Станфордского университета в Пало-Альто (b) , штат Калифорния (b) .

Шарафуддин был женат дважды, в настоящее он время разведен. Он правит без супруги.

2 июля (b) 1968 года (b) Тенгку Идрис женился на Райе Зарине бинти Райе Тан Шри Зайнал Абидин (род. 16 марта 1946). Брак закончился разводом в 1986 году (b) . Супруги имели двоих детей:

1 декабря (b) 1988 года (b) Шарафутдин вторично женился на американке Нур Лизе Идрис бинти Абдуллах (род. 7 декабря 1959, урожденная Лиза Дэвис). Они развелись в 1997 году (b) и имеют одного сына:

Шарафуддин известен как авантюрист. В 30 лет он поднялся на гору Кинабалу (b) в штате Сабах (b) . До того как стать султаном, Шарафуддин был заядлым моряком (b) .

В 1995 году (b) он плавал на яхте «SY Jugra» по всему миру. Путешествие заняло 22 месяца. Он продал свою яхту, прежде чем стать султаном.

Паруская регата « Raja Muda Selangor International Regatta» является главными ежегодным событием парусного спорта, названа в его честь.

Он также принимал участие в ралли и междугородных автомобильных гонках. В 1997 году (b) он участвовал ретро-ралли (b) «Motor Challenge» из Пекина (b) в Париж (b) , на авто «Ford Model B (1932) (b) ».

Он покрыл 16,000 км за 43 дня, выиграв серебряную медаль в категории старинных автомобилей.

В 1986 году (b) он управлял автомобилем «Proton Saga (b) » из Кота-Кинабалу (b) в Кучинг (b) , преодолев 1,111 км за 2 дня.

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *